Информация об авторе:

Исследование выполнено в ИМЛИ им. А.М. Горького РАН за счет гранта Российского научного фонда № 24-18-00248, https://rscf.ru/project/24-18-00248/.

Аннотация:

В статье рассматривается лингвистическая интерпретация проблемы влияния символизма Вяч. Иванова на диалогическую концепцию Михаила Бахтина, впервые предпринятая Людмилой Гоготишвили. В первой части работы дается общая характеристика основных этапов творчества Гоготишвили, в контексте которого формировалась ее лингвофилософская концепция русского символизма (от Иванова — до Бахтина и Лосева). Предполагается, что замысел этой концепции связан с выявлением лингвистической специфики ивановского символизма и конкретных форм его воздействия на двух постсимволистов-антиподов — «диалогиста» Бахтина и «диалектика» Лосева (настоящая статья посвящена только первому из них). Во второй части раскрывается своеобразие третьего периода лингвофилософии Гоготишвили (конец 1990 — начало 2000 гг.), в рамках которого тема «Иванов — Бахтин» разрабатывалась с двух сторон (лингвистической и философской), в разных жанрах (проблемные статьи и преамбулы/комментарии в собрании сочинений Бахтина) и в два этапа (сначала анализ языковых механизмов мифа у Иванова и диалога у Бахтина, затем — философско-эстетических установок двух мыслителей). В третьей части детально анализируется лингвистическая (предикативная) трактовка символа и мифа, определяющая проблематику и содержание статей Гоготишвили об Иванове; прослеживается логика истолкования формулы мифа как синтетического суждения; показывается, что выводы о языковом механизме мифа, в котором антиномически скрещиваются семантические зоны субъекта и предиката, являются точной лингвистической транскрипцией базовых теоретических положений Иванова о символе и мифе. В четвертой части реконструируется сюжет «Иванов — Бахтин», разрабатываемый Гоготишвили в черновых набросках, в статье, посвященной предикативной интерпретации двуголосого слова, монологизма и полифонии у Бахтина, а также в комментариях к его раннему философскому трактату «К философии поступка», сохранившемуся фрагментарно. На основе хронологии создания этих текстов гипотетически восстанавливается логика мысли Гоготишвили. В черновых «заготовках» она развивает параллель между предикативной концепцией символа и мифа у Иванова и предикативной интерпретацией двуголосого слова и диалога у Бахтина. В статье на первый план выходит лингвистическая интерпретация основных бахтинских концептов, без сопоставления с ивановским символизмом. В преамбуле и комментариях в собрании сочинений разворачивается доказательство фундаментального родства философско-эстетических идей Иванова и «нравственной философии» Бахтина; лингвистическая проблематика уходит в подтекст, тем не менее именно она определяет метод Гоготишвили: в основе реконструкции целостного бахтинского замысла лежит принцип антиномизма, доказанный в первой статье об Иванове. В Приложении публикуются фрагменты черновых записей, где наиболее полно представлена взаимосвязь лингвистических загадок символизма Иванова и диалогизма Бахтина, решенных Гоготишвили через предикативную интерпретацию ивановской формулы мифа и бахтинского двуголосого слова.